Литература

Поэмы о духовной мощи народа

10 февраля 2022

187

Поэзия Галины Раднаевой полна символов душевных странствий человека в лабиринтах памяти и воображения.

Поэмы о духовной мощи народа
 Обратимся к поэмам, написанным в 1970-1980 годах, которых автор называет лирическими, хотя по сути своей это притчевые, мистико-философские поэмы. 

Поэмы создавались в так называемые времена «застоя». Неудивительно, что тогда эти поэмы не приняли. Мы понимаем, что огромный темперамент, высокий интеллект поэта требовал не повседневных, а вечных и универсальных сюжетов, новых, оригинальных форм выражения. Так родились эти поэмы о духовной мощи бурятского народа, в них столько глубокого и могучего чувства сопричастности великой истории, судьбам далеких и близких предков.

В одной из поэм героиня на фоне сменяющих друг друга времен года во сне разговаривает с Белой лебедью. Героиня делится с лебедью своими радостями и горестями, то соглашается, то горячо спорит с ней. В конце магического сна лебедь благословляет героиню: «Пришел твой час, / сама себя не удерживай./ Лети, пока летается,/ повезло тебе, выбрала тебя удача!» В Прологе поэмы героиня вспоминает величественную картину из своего сна, как из разлома небес вылетают гордые лебеди: «Словно из моей души вылетели эти птицы на свободу — /плакать или смеяться — не знаю./ Может это моё счастье, которое так долго искала -/ ведь поющие души и птицы — одного рода со звездами./ Удивляюсь -/ С кем же я говорила, думая, что говорю с белой лебедью?/ Может, в душе всегда был ее образ?/ Может, сам мой народ, потомок Белой лебеди,/ Песню из уст своих передавая, выбрал меня?» (Перевод здесь и далее наш).


Михаил Степанов и Галина Раднаева


Сон в поэмах Галины Раднаевой — это «мост» из мира реального, несовершенного в мир иной, это попытка художника, творческой личности высвободиться из временных ограничений в такое духовное пространство, которое может приблизить его к совершенному, желаемому. В русской поэзии, особенно в произведениях Федора Тютчева, есть традиция сложной и многогранной метафорической системы образов, когда поэтическая идея условного сюжета, передающего содержание сна, видения героя, развертывается от частного к универсальному, от сугубо личного переживания и чувства к преодолению пространства и времени. Читаем у Тютчева: «И в жизни нашей повседневной / Бывают радужные сны, / В край незнакомый, мир волшебный,/ И чуждый нам и задушевный,/ Мы ими вдруг увлечены. /...Все лучше там, светлее, шире, / Так от земного далеко.../ Так разно с тем, что в нашем мире, -/ И в чистом, пламенном эфире / Душе так родственно — легко». В поэмах Г.Раднаевой мы находим подобные тютчевским образы-символы души, как внутренней мировой сферы (замкнутой и конструктивной) в окружении внешней сферы (разомкнутой и деструктивной).

Надо особо отметить: ее неудержимая страсть к работе, спартанская суровость к себе, к своему дарованию нашли отражение в этих поэтических полотнах.

В поэме «Зүүдэнэй дурдалга» («Призывание сна», 1982-1983), в переводе автора «Пробуждение», состоящей из пяти частей — һалаа (ветвей), героине снится мифопоэтическая картина начала сотворения мира: «С гору величиной / каменная черепаха / уставившись на меня,/ остановилась — В слабовидящих /ее глазах / эпохи/ гаснут./ На небе, убравшем / дым и туман, / вдруг звезды/ зажглись — /Древняя черепаха,/ ослепленная,/ в скалу превратясь,/ навеки застыла» (перевод здесь и далее наш).
В монгольских мифах золотая черепаха Алтан Мэлхэй — это космический гигант, на котором покоится земля. Мир погибнет, если Алтан Мэлхэй перевернется от жары на живот. В столице монгольской империи Хара-Хорине, в восточной его части находились гранитные черепахи, на спинах которых стояли каменные стелы, где были выбиты надписи. (Филипс Э.Д. Монголы. Основатели империи великих ханов / Пер. с англ. О.И.Перфильева. — М., 2004, с.103). 

В мире сна героини поэмы Галины Раднаевой после ее встречи с черепахой все приходит в движение: пустынная, безжизненная земля без солнечного света стряхивает свое оцепенение, появляется в небе солнце и начинается бег времени. Весь мир оживает, расцвечивается яркими красками и звуками, буйным ростом и цветением растений и деревьев, появляются птицы, насекомые и животные.

В четвертой ветви сна с подзаголовком «Засаг буляалдаан» («Борьба за власть») происходит ее столкновение с хтоническими существами, некими силами-архонтами, стремящимися завладеть зародившимся миром.


Ц.Галсанов и Г.Раднаева


В эпическом противостоянии героиня побеждает, и происходит символическая метаморфоза: «Не выдержав мой взгляд,/ превратившись в червя,/ падает змея. /В изумлении/ превращаясь в галчонка,/ огромная птица/ улетает».

В этих хтонических существах есть частички от всех миров: от стихий — как у ветра, который трансформирует гигантскую рыбу в малька; и от Космоса, и от Хаоса, ведь эти существа как бы представляют собой магические силы на границе миров, они стражи на границе с инобытием. И героиня поэмы, победив эти силы, опять остается одна со своими сомнениями и терзаниями.

Встречи с этими чудовищами символизируют своего рода чистилище, куда приводит поэт свою героиню: «Какой судьбой,/ какой тропой/ дошла я/ досюда?/ Неправедный мир/ сделать справедливым / могущая вселенная,/ как она грозна -/ Какие крылья,/ какая смелость/ привели меня,/ я удивляюсь».

Героини кармических поэм Галины Раднаевой в своих мучительных размышлениях о величии и малости человека сравнивают его со свечой, эхом, тенью, духом. Приводятся прямые аллюзии с древнегреческим мифом о Прометее, прикованном к скале: «К скале прикованная,/ грехи людей / очистить предопределена,/ Из времени / когтей вырвавшаяся,/ человек я, /или бог?».

Как бы ни был велик человек, как бы ни одарила его судьба, но его смертный час неотвратим, это рок всех людских жизней и усилий. Героиня Галины Раднаевой тверда и искренна в своих поисках, она готова принять будущее, каким бы оно ни было. Она много мучилась на этом пути познания себя и мира, для нее наступает прозрение: «От познанных /многих знаний, / от горестной памяти / мучаясь,/ Печалясь за многих,/ роняю теплую слезу,/ которая здешний мир/ потрясает».


Николай Рерих


Поэт дарует героине в конце сна умиротворение, и потому мы видим уже другую картину мира, полную светлой надежды: «С темными полосами / изюбриха/ из зеленого леса/ ведет детеныша,/ Из Великого Молочного/ моря/ жажду утолить/ спускается./ К счастью преграды/ быстрыми ногами/ преодолеть готовый/ мой конь дожидается,/ Мне ржет/ у подножия / великой горы/ Сумбэр».

Поэма «Муки перерождения», произведение с глубоким мистико-философским смыслом, повествует о том, что работа Духа вечна, после очередного воплощения возобновляется с той самой грани, которой он достиг в предыдущей своей жизни.

В поэмах Галины Раднаевой все созданные воображением героини миры существуют по законам кармы. Мы вместе с ней познаем, как карма прошлых деяний определяет проявления силы духа человека, насыщает его жизнь радостью или страданием. Автор языком поэзии создает такие сюжеты, когда выпавшие на долю героини испытания даруют ей мудрость, а страдания души приводят к высокому моменту озарения и возрождения.
Автор: Туяна Самбялова, журналист, кандидат филологических наук.

Литература

145

Откровение души

Истинная поэзия стремится отобразить окружающую действительность во всей ее сложности и многогранности с глубоко личностными поисками собственного измерения мира.

Литература

156

Зов судьбы

Народный поэт Бурятии Николай Дамдинов не раз обращался к образу Доржи Банзарова.

Литература

163

«Этой ночью мне приснилась мама...»

Народный поэт Бурятии Цырендулма Дондогой создала глубоко символический и в то же время реалистически достоверный образ матери.

Литература

198

Колыбель и опора бурятской литературы

Все сто лет своего существования газета «Буряад үнэн» была литературной газетой нашей республики, индикатором литературного процесса, гордостью бурятской интеллигенции.